Неточные совпадения
Вот важнейшее место, сюда относящееся: «если душа благодаря ускоренному уходу освобождается от тела, то она ни в каком отношении не
терпит ущерба и познала природу
зла с тем, чтобы открылись заключенные в ней силы и обнаружились энергии творчества, которые оставались бы втуне при спокойном пребывании в бестелесном, ибо никогда не могли бы перейти в действие, и от души осталось бы скрытым, что она имеет» (Enn. IV, Lib. VIII, cap. 5).], а в неблагоприятном душа загрязняется и, для того чтобы освободиться от телесных оков, должна подвергнуться очистительному процессу, которым является многократное перевоплощение в различные тела.
Можно и должно сохранять лояльность,
терпеть хотя и немилую государственность, даже высоко ценить ее практические достоинства, видя в ней относительное житейское благо или хотя меньшее
зло, чем обветшавшая и изолгавшаяся власть старого фасона.
Не надивуется Пелагея Филиппьевна сладким речам первой по деревне зубоскальницы,
злой пересмешницы, самой вздорной и задорной бабенки. С той поры как разорились Чубаловы, ни от одной из своих и окольных баб таких насмешек и брани они не слыхивали, таких обид и нападок не испытывали, как от разудалой солдатки Арины Исаишны. А сколько ребятишки
терпели от ее ехидства.
— А теперь? Теперь? — спрашивает Лихонин с возраставшим волнением. — Глядеть сложа ручки? Моя хата с краю?
Терпеть, как неизбежное
зло? Мириться, махнуть рукой? Благословить?
— Не была б я самовольная, жила бы покорливо, почитала бы мужа, как крест на голове, и все по хозяйству справляла б, как следует… А попался б на горе-несчастье непутный какой и заел бы век мой,
зла ему не помыслила б, слова супротивного ему не молвила бы… А не стало бы силы
терпеть, сама б на себя руки я наложила.
— Мир во
зле лежит, и всяк человек есть ложь, — она молвила. — Что делать, Дунюшка? Не нами началось, милая, не нами и кончится. Надо
терпеть. Такова уж людская судьба! Дело говорил тебе Марко Данилыч, что ты молоденька еще, не уходилась. Молодой-то умок, Дунюшка, что молодая брага — бродит. Погоди, поживешь на свете, притерпишься.
— Пелагея! — возразил громким голосом Медузин. — Не употребляй во
зло терпение мое; именины править с друзьями хочу, хочу и сделаю; возражений бабьих не
терплю.
«Пишу к вам почти дневник свой. Жандарм меня прямо подвез к губернаторскому дому и сдал сидевшему в приемной адъютанту под расписку; тот сейчас же донес обо мне губернатору, и меня ввели к нему в кабинет. Здесь я увидел стоящего на ногах довольно высокого генерала в очках и с подстриженными усами. Я всегда
терпеть не мог подстриженных усов, и почему-то мне кажется, что это делают только люди весьма
злые и необразованные.
Окулко только мотнул головой Рачителихе, и та налила Мороку второй стаканчик. Она
терпеть не могла этого пропойцу, потому что он вечно пьянствовал с Рачителем, и теперь смотрела на него
злыми глазами.
—
Терпеть не могу вашего Шатова; и
зол, и о себе много думает!
Сестра долго пилила и скребла бабушку своим неутомимым языком, а я слушал ее
злой визг и тоскливо недоумевал: как может бабушка
терпеть это? И не любил ее в такие минуты.
По учению Христа, добрые — это те, которые смиряются,
терпят, не противятся
злу насилием, прощают обиды, любят врагов;
злые — это те, которые величаются, властвуют, борются и насилуют людей, и потому, по учению Христа, нет сомнения о том, где добрые среди властвующих или покоряющихся и где
злые среди покоряющихся или властвующих.
Идеал — никогда ни для какой цели не употреблять насилия; заповедь, указывающая степень, ниже которой вполне возможно не спускаться, — не платить
злом за
зло,
терпеть обиды, отдавать рубаху. И это четвертая заповедь.
— И у нас тоже не лучше, брат! Что делать, приходится
терпеть… Ух какой
злой ветер бывает!.. Тут, брат, не заснешь… Я все на одной ножке прыгаю, чтобы согреться. А люди смотрят и говорят: «Посмотрите, какой веселенький воробушек!» Ах, только бы дождаться тепла… Да ты уж опять, брат, спишь?
— Ты одно помни: нет худа без добра, а и добро без худа — чудо! Господь наш русский он добрый бог, всё
терпит. Он видит: наш-то брат не столь
зол, сколько глуп. Эх, сынок! Чтобы человека осудить, надо с год подумать. А мы, согрешив по-человечьи, судим друг друга по-звериному: сразу хап за горло и чтобы душа вон!
Терпи, покорствуй, не противься
злому, на земле не укрепляйся, ибо царствие божие не от мира сего, бог, дескать, не в силе, коя тебя ломит, а в правде, — что же это такое — правда, между тем?
Несчастливцев. Вы ошиблись, тут деньги. Злато, злато! Сколько через тебя зла-то! Ну, мы пока ее закроем. (Закрывает коробку.) Был один актер провинциальный, оскорбила его женщина, жена антрепренера, — он смолчал, но не забыл обиды. Всю зиму он
терпел; в последнее воскресенье на масленице у антрепренера был прощальный вечер для артистов. Слушайте, тетушка!
Притом дедушка был самой строгой и скромной жизни, и слухи, еще прежде случайно дошедшие до него, так легко извиняемые другими, о беспутстве майора поселили отвращение к нему в целомудренной душе Степана Михайловича, и хотя он сам был горяч до бешества, но недобрых,
злых и жестоких без гнева людей —
терпеть не мог.
Он не
терпит ничего угрюмого и
злого, озаряет это
злое своим мягким светом и находит средство к исцелению и примирению.
Она не только имела за ними главный общий надзор, но она же наблюдала за тем, чтобы эти оторванные от семьи дети не
терпели много от грубости и невежества других женщин, по натуре хотя и не
злых, но утративших под ударами чужого невежества всю собственную мягкость.
Суслов (
зло). Терпение, юноша! Я до сего дня молча
терпел ваши выходки!.. Я хочу сказать вам, что, если мы живем не так, как вы хотите, почтенная Марья Львовна, у нас на то есть свои причины! Мы наволновались и наголодались в юности; естественно, что в зрелом возрасте нам хочется много и вкусно есть, пить, хочется отдохнуть… вообще наградить себя с избытком за беспокойную, голодную жизнь юных дней…
Звуки его голоса были то густы, то резки, смотря по влиянию текущей минуты: когда он хотел говорить приятно, то начинал запинаться, и вдруг оканчивал едкой шуткой, чтоб скрыть собственное смущение, — и в свете утверждали, что язык его
зол и опасен… ибо свет не
терпит в кругу своем ничего сильного, потрясающего, ничего, что бы могло обличить характер и волю: — свету нужны французские водевили и русская покорность чуждому мнению.
Обед у нас проходит скучнее, чем зимою. Тот же Гнеккер, которого я теперь ненавижу и презираю, обедает у меня почти каждый день. Прежде я
терпел его присутствие молча, теперь же я отпускаю по его адресу колкости, заставляющие краснеть жену и Лизу. Увлекшись
злым чувством, я часто говорю просто глупости и не знаю, зачем говорю их. Так случилось однажды, я долго глядел с презрением на Гнеккера и ни с того ни с сего выпалил...
Потом приказали мне играть на гуслях и петь кантик уж я мучение
злое терплю, а сами все плакали.
Я играл и пел известный кантик:"Уж я мучение
злое терплю для ради того, кого верно люблю".
Пользы ради своей, я молчал и не растолковывал им прямого смысла песни. Зачем? Меня, за мою усладительную музыку, всегда окармливали всякими лакомствами, и всегда чуть только батенька прогневаются на маменьку, им порядочно достанется от них, они и шлют за мною и прикажут пропеть:"Уж я мучение
злое терплю", а сами плачут-плачут, что и меры нет! Вечером же, на сон грядуще, прикажут петь:"Владычица души моей", а сами все шепчут и плачут.
В это время я, не имея ничего,
терпел крайность, а Горб-Маявецкий разживался порядочно. Купил новый дом, и лучше прежнего; жена стала наряднее, и даже коляска завелась; умножилось и детей; Анисиньку отдали в девичье училище (о маменька! Что, если бы вы встали из гроба и узнали, что барышень учат в училищах — как бы вы громко произнесли: тьфу! и, посмотревши, что этакое
зло делается во всех четырех концах вселенной, следовательно, не знавши, куда бы преимущественно плюнуть, вы бы снова померли!).
Эта четвертая заповедь была первая заповедь, которую я понял и которая открыла мне смысл всех остальных. Четвертая простая, ясная, исполнимая заповедь говорит: никогда силой не противься
злому, насилием не отвечай на насилие: бьют тебя —
терпи, отнимают — отдай, заставляют работать — работай, хотят взять у тебя то, что ты считаешь своим — отдавай.
А я вам говорю: не противься
злу, а
терпи его.
Вам сказано: зуб за зуб, а я говорю: не противься
злу или
злому, и, что бы с тобой ни делали
злые,
терпи, отдавай, но не противься
злу или
злым.
Меня учили противостоять
злому и внушали, что унизительно и постыдно покоряться
злому и
терпеть от него, а похвально противиться ему.
Марфа Андревна
терпеть не могла, если девушка была с прибылью или просилась замуж, но так называемое «гулянье» считала необходимым
злом, которое преследовала только более для порядка.
Иван. Характер у тебя становится невыносим. Ты груба, как прачка, и
зла, как чёрт, которому прижали хвост. Я слишком устал для того, чтобы
терпеть твои выходки, я требую покоя! Я должен беречь свои силы для детей…
Нужно отдать все свое имущество, отказаться от всех культурных навыков, опроститься, жить трудовою жизнью, не противиться
злу насилием, смиряться,
терпеть, и не словами, а собственной жизнью своей проповедывать людям добро и любовь.
По твоим правилам можно идти, не опускаясь ниже черты отмеренной, и быть весьма
злым и недобрым, и ты за сие не накажешь, ибо закон твой законную жестокость
терпит и обстаивает, а мой судья — совесть и за незримое, и за оправдимое тобою карает.
— Нет, я не хочу с ними знакомиться. Они
злые, гадкие дети! Они живут на нашем хуторе я их
терпеть не могу за это!
Едина ты лишь не обидишь,
Не оскорбляешь никого,
Дурачествы сквозь пальцы видишь,
Лишь
зла не
терпишь одного;
Проступки снисхожденьем правишь,
Как волк овец, людей не давишь,
Ты знаешь прямо цену их.
Царей они подвластны воле, —
Но богу правосудну боле,
Живущему в законах их.
Выражение одних этих стремлений в жизни человека дает уже ему право на общее уважение, несмотря на то,
терпел ли он страдания внешние и выходил ли на борьбу со
злом.
Лаилиэ страдает не столько от голода и раны, сколько от стыда и бессильной злобы. Он чувствует себя бессильным отплатить врагу за все
зло, которое он
терпит. Одно, что он может, это то, чтобы не доставить своим врагам радости видеть его страдания, и он твердо решил мужественно, без ропота, переносить все то, что с ним будет.
Князья земным поклоном встречают своего царя Лаилиэ, потом встают и по его приказу садятся перед ним, и старший из князей начинает говорить о том, что нельзя долее
терпеть всех оскорблений
злого царя Асархадона и надо идти войной против него. Но Лаилиэ не соглашается с ним, а велит послать послов к Асархадону, чтобы усовестить его, и отпускает князей. После этого он назначает почтенных людей послами и внушает им подробно то, что они должны передать царю Асархадону.
— Не говори,
терпеть не могу, — вскрикнула Наташа. И холодный,
злой блеск засветился в ее глазах. — Ты видел ее, — прибавила она помолчав.